Статьи →  Метод наблюдения: Психологическое наблюдение как метод и методика


3.1.1. Метод психологического наблюдения и постулат непосредственности

С точки зрения структуры, или общих принципов организации исследования, психологическое наблюдение как метод противопостав­ляется экспериментальному методу. Это противопоставление основы­вается на двух не всегда вербализуемых, но важных постулатах: «пас­сивности» наблюдателя как регистратора психологических данных и «непосредственного» характера их представленности данных. Посту­лат «пассивности» заключается в том, что наблюдаемая реальность, будь то реальность внешнего мира или психологическая, т.е. субъек­тивная реальность, не изменяется исследователем. Таким образом, в отношении изучаемой реальности исследователь занимает «пассив­ную» позицию, не осуществляя тех или иных воздействий (например, с целью причинного вывода, как в экспериментальном методе). При обсуждении метода интроспекции подчеркивается, что при наблюде­нии за собственными состояниями сознания рефлектирующая позиция наблюдателя необходимо изменяет саму наблюдаемую реальность, т.е. пассивная позиция по отношению к собственному субъективному опыту не более чем абстракция. При внешнем психологическом на­блюдении, когда наблюдатель и наблюдаемый не один и тот же человек, пассивность позиции означает принцип невмешательства в «ес­тественные» формы проявления изучаемой психологической реаль­ности.
Принятие постулата «непосредственности» для использования метода наблюдения иногда выглядит как рассмотрение в качестве основной его проблемы правильное и понятное другим перекодиро­вание наблюдаемой реальности в зафиксированные, а значит закоди­рованные, данные [78]. Эта проблема возникает при профессиональ­ном применении метода всегда, поскольку непосредственно представ­ленные в субъективном мире (восприятия, впечатления, память) наблюдателя образы, отражающие происходящее, и понимание про­исходящего должны быть не просто зарегистрированы, но и воспро­изводимы для прочтения их другими специалистами, т.е. в опосред­ствованном языковыми формами отображении. Кажется, что если проблема адекватной кодировки данных наблюдения решена, то дос­тигнута и цель достоверности данных. Это не так, если учесть, что критерий адекватности относится к системам связей в звеньях гипоте­за — метод — результаты, о чем говорил в своей постановке проблемы объективности метода психологического исследования Б. М. Теплов.

Постулат «непосредственности» означает также, что принятия решений о наблюдаемом факте не требуется, а в эмпирических дан­ных и содержится знание о них. Тем самым предполагается возмож­ность непосредственной представленности психологической реальности как наблюдаемых событий в разных формах их психического отраже­ния наблюдателем. Важно при этом, что психика человека, осуществ­ляющего наблюдение, рассматривается как система фиксации и ко­дирования психологических данных. Она позволяет ему воспринимать, запечатлевать, сохранять и воспроизводить отчеты о данных, включа­емые как эмпирические доводы в те или иные системы рационально­го знания. При мысленной их селекции или недостаточности внима­ния данные оказываются усеченными, испорченными, неполными, но при отсутствии этих «дефектов», обусловленных несовершенством психической организации, идеальный наблюдатель мог бы поставлять истинные сведения о наблюдаемой реальности. Учет позиции наблю­дателя, знание им контекста ситуации, в которой развиваются собы­тия, перепроверка данных другим наблюдателем — эти и другие со­временные приемы совершенствования метода наблюдения так или иначе включают указанное понимание постулата непосредственности. Активность наблюдателя сводится тем самым к активности его как «переводчика», а не активно осуществляющего постановку целей и проверку гипотез исследователя.

Другим аспектом той же проблемы («непосредственности») явля­ется имплицитное предположение о том, что в регистрируемых дан­ных заложен и источник их психологического понимания, нужно только суметь эти данные правильно прочитать. С точки зрения принятия этого постулата о непосредственной данности психологических знаний челове­ку метод наблюдения выглядит как наиболее прямой путь получения эмпирических доводов. При этом может отождествляться непосредственная представленность психологических феноменов, с одной сто­роны, и система психологических знаний как накопленных научным сообществом описаний и объяснений этих феноменов — с другой.

Возможны и другие взгляды на метод наблюдения: например, с точки зрения общности проблем психологического наблюдения и пси­хологического эксперимента. Во-первых, наблюдение — один из са­мых старых методов научного исследования. Любое научное знание, полученное опытным путем, основано на наблюдениях за явлениями природы или человеческой деятельности. Отсюда наблюдением в са­мом широком смысле можно называть любые типы получения эмпи­рических знаний. Не случайно эксперимент называют также усовершенствованным наблюдением, при котором способ сбора данных пла­нируется исследователем в соответствии с более конкретной гипотезой, чем более широкие гипотезы при методе наблюдения. Во-вторых, экс­перимент является гораздо более поздним (по времени возникнове­ния) способом организации исследования и предполагает «наблюда­емость» фиксируемых переменных, будь то непосредственный отчет наблюдателя или аппаратурные способы фиксации показателей. В-треть­их, оба метода, существенно различающиеся по способу исследова­тельского отношения к предмету изучения — пассивного и активного, остаются как бы на одном уровне оценки доступности описания и объяснения получаемых с их помощью данных для тех или иных ра­циональных либо мифологических построений понимания исследуе­мой психологической реальности.

Нет разногласий относительно того, что субъектом наблюдения выступает человек-наблюдатель (даже если данные фиксируются аппаратурно, человек их потом воспринимает и описывает). Наблюда­тель-исследователь отличается от наблюдателя в житейском смысле слова в первую очередь тем, что имеет познавательную цель. Эта цель делает процесс наблюдения опосредствованным и раздвигает горизон­ты познания за пределы обычной наблюдательности. Однако ведутся споры о том, что в психологической реальности может быть доступно познанию при непосредственном внешнем наблюдении. Предметом наблюдения могут выступать поведение, эмоциональные проявления, контакты и групповые взаимодействия людей, но также и высказыва­емые ими мысли и мнения, отстаиваемые ценностные предпочтения и их переживания, если есть возможность их экспликации, объективации, перевода в план внешне наблюдаемых показателей.

В фиксации результатов наблюдения собственные мысли и пере­живания наблюдателя могут выступать в разных функциях: необходи­мого условия их причинной интерпретации, описания по аналогии с собственными мыслями и чувствами или же внутреннего барьера (или «шума»), не позволяющего человеку описать наблюдаемые события достаточно адекватно. Адекватность в данном случае не может рас­сматриваться как аналог позиции в понимании психологической ре­альности самим ее носителем. В психологии достаточно известна про­блема неверных интерпретаций самим испытуемым своих действий и поступков, мыслей и чувств. Достаточно вспомнить проблемы рассо­гласования свидетельских показаний (они хорошо известны юристам) или возможности доверять оценку своего состояния психически боль­ному человеку (здесь носителями критериев психического здоровья при оценке социально-политического контекста работы психиатров могут выступить и журналисты). Если вынести за скобки непсихологи­ческие контексты возможных «перехлестов», то, в общем, более или менее понятно, что психологическая реальность непрозрачна даже для внутреннего наблюдателя, не говоря уже о позиции внешнего наблюдателя.

Еще более сложной кажется проблема психологического наблю­дения при учете разной осознаваемости психических феноменов и попыток реконструкции данных наблюдения в том или ином контек­сте психологического понимания сознания. В случае выполнения инструкции о непосредственном отчете, когда предметом наблюдения являются собственные психические феномены и переживания, гово­рят о самонаблюдении. Самонаблюдение рассматривается как основ­ной способ получения данных о психологических феноменах; оно вклю­чено и в любой процесс отчета о данных внешнего наблюдения.

Трудно провести грань между психологическим феноменом и фак­том, описанием и интерпретацией. Психологическое наблюдение, будь оно внутренним самонаблюдением или внешним наблюдением, пред­полагает, что получаемые данные предваряют построение психологи­ческих гипотез или служат цели их проверки. Сами психологические гипотезы могут в большей степени отвечать целям описания или объяс­нения, но не могут рассматриваться вне контекстов других доводов, опирающихся на рациональные компоненты в способах построения психологических теорий.

3.1.2. Основные характеристики метода и методик наблюдения в психологическом исследовании

Психические явления, имеющие статус субъективной реальности, не могут быть непосредственно представлены внешнему наблюдателю как явления внешнего мира. Решение вопросов о том, как связаны внешние проявления наблюдаемых реакций, действий и состояний человека с феноменальной картиной его внутреннего опыта и регуля­цией психической жизни, предполагает включение теоретической интерпретации, т.е. определенных объяснительных схем для конкре­тизации области наблюдаемых психологических фактов. В этом аспек­те и эксперимент, и наблюдение есть лишь разные способы получе­ния эмпирических данных. Однако наблюдение как метод научного познания характеризуется иной совокупностью приемов, способов и регулятивных принципов деятельности исследователя.

Понимание наблюдения как метода исследования и как методи­ки — средства получения эмпирических данных — не противоречит, а дополняет одно другое. Разведение этих двух значений термина «на­блюдение» необходимо для полного его понимания.

В современной психологии наблюдение как методика, «техника» или операционализация способов сбора данных широко использует­ся в различных схемах исследований. Наблюдение включено в орга­низацию беседы с испытуемым, данные наблюдения учитываются при интерпретации результатов психодиагностических и эксперимен­тальных процедур. Методика наблюдения может быть включена и в такую организацию исследования, которое является пассивно-наблю­дающим с точки зрения исследовательского отношения к изучаемому предмету. Вместе с тем полностью разграничивать проблемы наблю­дения как метода и методики нецелесообразно, так как многие ха­рактерные черты метода наблюдения (как исследования без вмеша­тельства в «жизнь» изучаемого явления) свойственны и применению методик наблюдения.

3.1.3. Опосредованность наблюдения познавательными целями

В зависимости от цели наблюдатель будет стремиться к целостному восприятию изучаемого явления или селективному отбору в восприя­тии только тех внешних проявлений психологической реальности, которые наиболее существенны с точки зрения предмета изучения. Развитие наблюдательности как способности подмечать в явлениях не только их характерные, но и особенные черты, является существен­ным подспорьем при проведении любых видов психологического на­блюдения.

Селективность и направленность в отборе данных при использова­нии метода наблюдения связаны не с индивидуальными особенностя­ми наблюдателя. Содержание проверяемых гипотез диктует постановку Целей наблюдения, а именно: что нужно наблюдать и каким образом.
Познавательные цели ведут к селекции предметного содержания: что наблюдать и что считать наблюдавшимся фактом, а тем самым задают требования к способам наблюдения и требования к отчету наблюдателя.

3.1.4. Активность наблюдения и понимание предмета изучения

Общим признаком наблюдения как метода и методики следует считать активность наблюдателя в организации процесса наблюдения, подготовке и выборе условий наблюдения и фиксации данных, полу­чаемых путем наблюдения. Следующий признак отличает психологи­ческое наблюдение с точки зрения включенности наблюдателя в ин­терпретацию получаемых фактов как научных и психологических. Он предполагает разведение видов наблюдения — описательного и объяс­нительного, включающего в единицы описания интерпретационные компоненты.

Уже на первых этапах становления психологии обязательным для исследователя стало связывание теоретической позиции в понимании предмета психологии с оценкой возможностей научного наблюдения. Психическая реальность представлялась недоступной прямому непосредственному наблюдению (кроме метода интроспекции), а при са­монаблюдении явно менялась в результате самой познавательной цели наблюдать. Поэтому эмпирическая психология сознания столкнулась со смешением ярлыков «ненаучности» исследования и «ненаблюдае­мости» субъективного опыта человека. Бихевиористы объявили непо­средственно наблюдаемым только поведение, представляемое ими пер­воначально как совокупность внешних и внутренних реакций. Психи­ческие явления считались существующими лишь в той степени, в какой они могли быть вычленены внешним наблюдателем. Здесь опять име­ло место смешение оценок критериев научности метода и наблюдае­мости изучаемой реальности.

С развитием психологии существенно изменялись и стали более разнообразными представления о том, что, собственно, является фак­том психической реальности и что можно рассматривать в качестве психологических данных. Изменилось и представление о том, что можно наблюдать и в какой связи может находиться наблюдаемое с нена­блюдаемой психической реальностью. Современные концепции вслед­ствие различий в общих теоретических позициях отвечают на этот вопрос по-разному. Наблюдаемыми в психологии считают следующее: 1) поведение субъекта; 2) внешне различимые формы взаимодей­ствия людей в группах (в частности, способы невербальных коммуни­каций); 3) языковое сознание личности, выраженное в речи; 4) экс­прессивные формы эмоциональных состояний субъекта; 5) черты личности, проявляющиеся в ее поступках, биографический путь лич­ности и т.д. Таким образом, представления исследователей о том, что может быть наблюдаемо, определяется пониманием предмета изуче­ния. Это отражается в конкретизации целей наблюдения и путей вы­деления тех внешних параметров, которые должны фиксироваться наблюдателем. Уже в цели наблюдения отражен подход исследователя к интерпретации фактов психической жизни человека, поэтому раз­вести описательное и объяснительное наблюдения в психологии чрез­вычайно сложно.

Экскурс 3.1

Связь активности наблюдателя с точки зрения организации наблю­дения и выделения изучаемого предмета, а также целостного и на­правленного наблюдения хорошо представлена в исследовании уче­ницы К. Левина Тамары Дембо [75]. Перед ней стояла цель — изу­чить условия возникновения и динамику гнева. Т. Дембо обосновала адекватность использования наблюдения за действиями, состоя­ниями и высказываниями испытуемого в силу необходимости це­лостного охвата изучаемого феномена. В специальной лабораторной ситуации при требовании экспериментатора достигнуть практичес­ки нереализуемую цель (набросить кольца на далеко стоящую бу­тылку; достать цветок, не выходя за пределы очерченного круга), т.е. путем создания ситуаций нерешаемых задач, моделировались условия для провокации гнева у испытуемых.

Все люди обладают способностью к идентификации эмоциональ­ных состояний, т.е. узнаванию эмоций, испытываемых другим чело­веком. Мимика, пантомимика, голос, интонация — это те внешние проявления внутреннего состояния, на которые ориентируется на­блюдатель при определении модальности эмоций. Ориентировка на силу, динамику возникновения и протекания эмоционального со­стояния, а также на знание содержательного контекста — целостной ситуации — позволяет психологу разграничивать аффективные со­стояния и собственно эмоции. При идентификации различных эмо­ций наблюдатели проявляют разную степень согласия. Однако при верной оценке модальности эмоции они могут неверно вычленять собственные критерии опознания: почему они считают, что это ра­дость, печаль и т.д. [23].

Как отметила Т. Дембо, даже хорошо тренированные наблюда­тели описывают протекание, т.е. динамику аффектов, схематичес­ки, так как воспроизводят только кульминацию, опуская проме­жуточные фазы процесса развития аффекта. Для понимания при­чинно-следственной зависимости изменение несущественных на первый взгляд частностей, например уход субъекта с определенного места, быстрый взгляд испытуемого на близлежащий предмет и т.п., может приобрести существенное значение в целостном кон­тексте происходящего. Включение непосредственно невидимого контекста (психологического поля) в оценку воспринимаемых яв­лений позволяет наблюдателю вычленить такую эмпирическую реальность, как процесс развития гнева. С точки зрения такого пред­ставления наблюдаться должны не только собственно эмоциональ­ные вспышки гнева, но и многие другие аспекты: уклонение от попыток решения, выжидания, реакции испытуемого по отноше­нию к различным предметам в ситуации, действия, направленные на задачу. Пример выдержки из протоколов наблюдения Дембо: «Ис­пытуемый пробует осуществить на деле запрещенное инструкцией решение: он встает и пытается достать цветок кольцом, взятым с пола, хотя он знает, что грешит против инструкции» и т.д. Если воспользоваться терминологией Т. Дембо, речь идет о включении в наблюдаемую реальность «динамического угла зрения», который заставляет считать эмпирическими формулами при наблюдении гнева ряд действий, не имеющих непосредственно эмоциональной окраски, и, напротив, некоторые эмоциональные проявления ис­пытуемого, наблюдавшиеся в эксперименте, исключить, как не имеющие отношения к динамике гнева.

Схожие статьи:

Метод беседы в исследовании личности
Человек, общество и бизнес
Филосовский онтогенез речи: методология и особенности
Что есть мысль с точки зрения науки?
Мой сын наркоман?
Психодинамическая терапия искусством (арттерапия)
Методы ведения переговоров
Разнообразие видов групп встреч
Физиологические основы характера
Разработка рекламной стратегии
Методы урегулирования конфликтов
Установки и стереотипы в рекламной практике
Память в когнитивной психологии
Этапы развития мирового менеджмента
Детский коллектив
Структура краткосрочного плана деятельности фирмы
Результаты исследования по методике "Изучение высших чувств"
Воображение как форма преобразования знания
Черты характера
Историческая обусловленность чувств человека
Положения схемы Дарендорфа
Типы и виды коммуникативных актов
Иллюзии при движении объекта
Основные стадии протекания конфликта
Рудиментная теория эмоций
Понятие эмоции
Формирование убеждения у покупателя
Макет беседы с поступающими на работу по Дж. Уинклиру
Активность сознания
Определение восприятия
Общие закономерности мышления
Представление
Реализация тактики
Эмоции и оценка
КАК СТАТЬ ЖЕРТВОЙ МОББИНГА?
Бихевиоризм
Структура личности по Фрейду
Происхождение сознания
Анализ мотивов и его использование в рекламе
Предмет и задачи психологии
Классификация ощущений
ПРИЕМЫ ОРГАНИЗАЦИИ ПСИХОКОРРЕКЦИОННОЙ РАБОТЫ С АУТИЧНЫМИ ДЕТЬМИ
Восприятие
Эмоции и восприятие
Переговоры
Эмотивные смыслы в семной структуре слова
Онтогенез и жизненный путь человека
Эмпатия
Лидерство в групповой психотерапии
Изучение сопротивления в группах встреч
Учение о душе (V в. до н. э. – начало XVII в. н. э.)
Борьба с подсознательным сопротивлением покупателей
Характеристика и базы исследования
Преимущества групповой формы психокоррекции
Виды мышления


Новости: